Всем привет!

Не прошло и полгода...

Что касается нескольких людей, уже ушедших из жизни, то мне немного жутковато говорить об этом вслух, а вдруг Боги услышат и накажут за тщеславие (у меня 30 ворота Судеб определены сознательно и я всегда помню о них, всегда оговариваюсь – «если ничего не случится, если все будет хорошо…», знаю, что всегда могут вмешаться, проверено не раз). А вдруг я не права и меня жестоко накажут? Но для меня несколько смертей подтверждают истинность этого знания, то есть ДЧ, хотя кому-то многое может показаться притянутым за уши, но попробую. Я пишу об этом в ответ на замечание Нараяни, а также потому, что это занимало меня уже давно. Сейчас я редко думаю об этом, для себя я достигла определенной точки ясности, но время от времени происходят события, вызывающие воспоминания об этих мыслях.

Сначала о смерти вообще. Когда моя дочка была еще маленькая, моя мама иногда забирала ее из школы и отвозила домой. Она жаловалась мне, что дочка бежит впереди нее, вырывается и перебегает через дорогу одна. Зная их обеих, я заступалась за дочь, и однажды мама сказала: Как я могу за нее отвечать, если она не слушается? Представь, что будет, если с ней что-то случится? Зачем я вообще с ней езжу? И я вдруг ответила ей, абсолютно шокированная тем, что я это сказала: Но ты же не отвечаешь за нее. Никто не может отвечать за другого, это нам неподвластно. Мама сказала: Представь, что ты мне скажешь и как вообще я смогу жить, если она попадет под машину? Я говорила ей о том, о чем знала в глубине души, что чему быть, тому не миновать, нам не дано знать, когда пробьет наш час и т.п. Это было из разряда внутренней истины. Но ум, естественно, скрючивался, и я даже не могла думать об этом. Это такой суеверный страх, знакомый многим из нас. Страх, что если об этом вот так заявлять, то можно навлечь на себя беду. Своего рода проверку. Откуда мы знаем, как это все устроено на самом деле, ведь цикл умирания включается в каждом из нас с определенной периодичностью, но одни люди продолжают жить, а другие умирают.
Этот же страх есть во мне и сейчас, ведь я не знаю, как и когда я умру, и каким образом то, что я пишу, может повлиять на мою жизнь.

В прошлом году у меня был шокирующий опыт. Меня попросили сделать чтение одному Проектору. Я его никогда не встречала, запись была передана через его сестру. У него были определены центры Селезенки и Эго отдельно от Аджны и Горла. Индивидуальное и логическое определения между Аджной и Горлом и племенное определение из Селезенки в Эго. Солнце в открытом Сакральном центре.
Дней через 10 его сестра сказала мне, что он был очень доволен чтением и даже изменил многое в своей жизни в соответствии со своим дизайном. Я вежливо ответила на ее горячую благодарность, но про себя подумала: Ну, надо же, как ум может отфильтровать информацию. Какие же изменения можно было сделать Проектору после такого чтения, да еще в течение 10 дней». Но также подумала, что, поскольку не знаю, о чем идет речь, то и судить я не могу, может это были изменения в сторону расслабления.

Еще через пару месяцев я узнала от одной знакомой, что этому молодому человеку сделали сложную полостную операцию, так как лапароскопия не позволила вырезать какой-то огромный отросток где-то на поджелудочной железе или селезенке. Что после операции он впал в кому, через две недели вышел из нее, готовится ко второй операции. А еще через пару недель позвонила его сестра и попросила дать чтения его жене, ребенку и теще. И рассказала, что ее брат во время второй операции опять впал в кому, а через три дня пришел в себя и почти сразу умер. Она сказала мне: «Вот вы ему говорили, что у него сейчас может быть очень сложный период, но кто бы мог подумать, что до такой степени сложный».
Сам факт, что его теперь уже вдова и теща попросили о чтении для себя через день после похорон, говорил о многом.

Пока мы разговаривали с сестрой, я открыла его карту. Да, профиль 6/2, когда я ему записывала чтение, ему было 29 лет. Я посмотрела транзиты и увидела, что умер он день в день со своим Возвратом Сатурна, как раз когда Сатурн вошел в ту же линию ворот, что и в день рождения.
Я вспомнила, что еще говорила ему во время чтения о его двухлетней дочери, так как она принесла в его жизнь очень многое, а главное – эмоции, очень мощное определение направления и Сакральный центр, а соответственно, и вызовы, связанные с этим. Его болезнь, по словам врачей, начала развиваться по времени вскоре после рождения его дочери.

Можно сказать, что это совпадение, мне же оно сказало о многом. Я несколько дней была под впечатлением этой новости. Я испытывала глубокое сострадание к этому человеку, его все любили, он вырос в дружной семье, у него был счастливый брак, у него была благополучная материальная ситуация. Я не знала его лично, но, в то же время, я знала его, потому что я видела его карту. Знала о нем то, чего не знали многие близкие люди, знала его самые больные места, его истинную красоту и предназначение. Они любили его за то, чем он не был, того, кем он не был. Это боль за себя и сострадание к себе и ко всем людям, потому что у него, у нас не было такого знания раньше. И если у нас, живых, у тех, кому повезло встретить это знание, такой шанс есть, то у него в этой жизни его уже нет. При этом, конечно, я понимала, что мы беспомощны, и что даже когда у человека есть такой шанс, ему не всегда дано его использовать.

Другой опыт связан с учителем по ДЧ, одним из первых студентов Ра, одним из первых переводчиков. Он умер несколько лет назад, вскоре после его смерти Ра однажды вдруг заговорил о нем. Это было в частной беседе, он говорил довольно много, и что-то в его словах меня цепляло. Теперь я думаю, это впитавшиеся предрассудки и суеверия, а также разные мои моральные обусловленности беспокоили меня. Мне казалось, что Ра не ДОЛЖЕН был говорить так о человеке, который был его другом, был ему близок, помогал ему, в доме которого Ра жил и т.п. О человеке, который сделал очень много для распространения этого знания.
Ра говорил, что этот человек так никогда и не смог отважиться на эксперимент, на то, чтобы начать информировать (он был эмоц. Манифестором), рассказывал о тех болезнях, которые разъели его тело. Что этот человек продолжал все делать украдкой, надеясь, что его не поймают за руку. Не буду вдаваться в подробности, но мне понадобилось много времени, чтобы понять и отпустить то ощущение дискомфорта, которое надолго застряло во мне по отношению к словам Ра. Тогда же я не могла понять, неужели Ра не испытывал хотя бы простой человеческой благодарности к этому человеку? Ра говорил это другими словами, говорил это и в других ситуациях, но во мне росло ясное ощущение, что знать дизайн и прикрываться им – наказуемо. Не в терминах законов общества, а самой жизни.

Теперь я многое вижу по-другому, прошло уже больше трех лет. Конечно, Ра был бы счастлив, если бы все люди, которые соприкоснулись с этим знанием, а тем более с ним лично, сразу бы пробуждались. Но мы беспомощны, и он это знает, как никто другой. Он видел столько подобных случаев, не обязательно смертей. И он любил и любит этих людей, просто можно любить и быть объективным.

Я была знакома с этим человеком, но знала его шапочно. Он не воспринимался, как эмоциональный манифестор, но что я тогда знала, да и как могла судить о его корректности, только со слов Ра. После того разговора с Ра я только начинала задумываться об этом, но вторая смерть, последовавшая вскоре, меня действительно поразила.

Я продолжу в следующий раз.
Удачи.